Обзор практики Конституционного Суда Российской Федерации за второй квартал 2021 года
II. Конституционные основы трудового законодательства и социальной защиты

10. Постановлением от 9 апреля 2021 года N 12-П Конституционный Суд дал оценку конституционности пункта 7 статьи 430 Налогового кодекса Российской Федерации.
Указанный пункт (в редакции Федерального закона от 27 ноября 2017 года N 335-ФЗ) являлся предметом рассмотрения постольку, поскольку на его основании решается вопрос об освобождении индивидуального предпринимателя от уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и обязательное медицинское страхование за период беременности продолжительностью 70 (в случае многоплодной беременности - 84, для женщин, постоянно проживающих (работающих) на территории зоны проживания с правом на отселение либо постоянно проживающих (работающих) в зоне отселения, - 90) календарных дней до родов.
Оспоренное положение было признано не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку не исключает возможности освобождения индивидуального предпринимателя от обязанности по уплате обозначенных страховых взносов за вышеуказанный период беременности при установлении судом обстоятельств исключительного (экстраординарного) характера, не позволивших ему своевременно обратиться с заявлением о государственной регистрации прекращения предпринимательской деятельности, а также иных обстоятельств, свидетельствующих о невозможности осуществления предпринимательской деятельности и исполнения обязанности по уплате страховых взносов за этот период.
11. Постановлением от 3 июня 2021 года N 26-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части третьей статьи 374 Трудового кодекса Российской Федерации.
Указанное положение являлось предметом рассмотрения постольку, поскольку на его основании решается вопрос о законности увольнения руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, не освобожденного от основной работы, по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, которое состоялось без учета решения вышестоящего выборного профсоюзного органа о несогласии с данным увольнением до вступления в законную силу решения суда о признании указанного решения вышестоящего выборного профсоюзного органа необоснованным на основании заявления работодателя.
Оспоренное положение было признано не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку оно не предполагает увольнения такого работника по указанному основанию до момента вступления в законную силу решения суда о признании решения вышестоящего выборного профсоюзного органа о несогласии с данным увольнением необоснованным на основании заявления работодателя.
При этом увольнение руководителя выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, состоявшееся без учета указанного решения профсоюзного органа, хотя и подлежит признанию незаконным по мотивам несоблюдения работодателем установленного порядка увольнения, тем не менее не обязательно должно влечь за собой во всех случаях такие правовые последствия, как безусловное восстановление данного работника на прежней работе и выплата ему компенсации за вынужденный прогул.
Конституционный Суд отметил, что в подобных ситуациях суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор об оспаривании увольнения работника, должен учесть все обстоятельства конкретного дела, в том числе соблюдение работодателем иных (помимо согласования увольнения с вышестоящим выборным профсоюзным органом) требований, касающихся процедуры увольнения по указанному основанию, возможность фактического исполнения данным работником прежних трудовых обязанностей и т.д.
В тех же случаях, когда единственным основанием для признания увольнения конкретного работника незаконным является нарушение установленной законом процедуры согласования его увольнения с вышестоящим выборным профсоюзным органом, суд вправе, принимая решение о признании увольнения незаконным, ограничиться изменением даты такого увольнения на дату вступления в законную силу решения суда о признании необоснованным решения вышестоящего выборного профсоюзного органа о несогласии с увольнением указанного работника и взысканием в его пользу среднего заработка за все время, в течение которого он оказался лишенным возможности трудиться.
12. Постановлением от 29 июня 2021 года N 30-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части 1 статьи 3 Федерального закона "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей".
Указанная норма являлась предметом рассмотрения в той мере, в какой на ее основании решается вопрос о предоставлении права на получение материнского (семейного) капитала мужчине, который в установленном порядке признан в качестве единственного родителя отцом детей, рожденных для него суррогатной матерью, а затем вступил в брак и воспитывает своих детей в семье совместно с усыновившей (удочерившей) их супругой, не приобретшей право на получение мер государственной поддержки в соответствии с названным Федеральным законом.
Оспоренная норма признана не противоречащей Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она не предоставляет по общему правилу такого права мужчине, который в установленном порядке признан в качестве единственного родителя отцом детей, рожденных для него суррогатной матерью.
Оспоренная норма признана также не соответствующей Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она не предоставляет права на получение материнского (семейного) капитала мужчине, который в установленном порядке признан в качестве единственного родителя отцом детей, рожденных для него суррогатной матерью, а впоследствии вступил в брак и воспитывает своих детей в семье совместно с усыновившей (удочерившей) их супругой.
До внесения в правовое регулирование надлежащих изменений судебный орган вправе рассмотреть дело, в связи с которым им был направлен запрос о проверке конституционности оспоренной нормы, руководствуясь Конституцией Российской Федерации и данным Постановлением.
13. Определением от 8 апреля 2021 года N 593-О Конституционный Суд выявил смысл положений части 3 статьи 2 Закона Астраханской области "О внесении изменений в статью 1 Закона Астраханской области "О пенсионном обеспечении лиц, замещавших государственные должности Астраханской области".
Указанными положениями предусматривается, что лицам, которым назначена ежемесячная доплата к страховой пенсии по старости (по инвалидности) или к пенсии, досрочно назначенной в соответствии с Законом Российской Федерации от 19 апреля 1991 года N 1032-1 "О занятости населения в Российской Федерации", и в отношении которых вступил в силу обвинительный приговор суда либо прекращено уголовное дело (уголовное преследование) по нереабилитирующим основаниям до дня вступления в силу данного Закона, выплата указанной доплаты прекращается со дня вступления в силу данного Закона.
Как отметил Конституционный Суд, поскольку право лиц, замещавших государственные должности субъекта Российской Федерации, на дополнительное пенсионное обеспечение обусловлено их особым публично-правовым статусом, что в свою очередь предполагает связь данного права с профессиональной деятельностью указанных лиц, сопряженной с реализацией ими публичных функций, отнесение факта прекращения уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования) в отношении лица, замещавшего государственную должность субъекта Российской Федерации, к числу обстоятельств, исключающих возникновение у этого лица права на дополнительное пенсионное обеспечение, а равно и препятствующих выплате ранее установленной ему ежемесячной доплаты к назначенной пенсии, - притом что деяние, инкриминируемое данному лицу, связано с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него служебных обязанностей в период замещения соответствующей государственной должности и это лицо, давая согласие на прекращение уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим основаниям, тем самым соглашается и с возможными негативными последствиями такого прекращения - не может рассматриваться как не согласующееся с конституционными предписаниями.